Театр – это внимание друг к другу. «Читаем Островского» - проект Дома-музея великого драматурга

«Читаем Островского» - изумительный проект Дома-музея великого драматурга. Необычайно душевный и очень притягательный. Почему? Сегодня люди скучают по живому общению, по человеческому взаимодействию и взаимопроникновению. А в тёплой атмосфере замоскворецкого деревянного дома, где Александр Николаевич родился и жил, становятся видимыми живые нотки сердца и творческие струнки каждого, они звенят и переливаются всеми красками радуги.

О проекте рассказывают гости нашей рубрики зав. отделом «Дом-музей А.Н. Островского» ГЦТМ им. А.А. Бахрушина Светлана Семиколенова и научный сотрудник музея, куратор проекта Святослав Оводов.

- Светлана Викторовна, как начинался этот проект?

С.С.: Я пришла в музей год назад. Научные сотрудники уже устраивали такие читки пьес Александра Николаевича. Такое прочтение позволяло нам, кажется, лучше понять великого автора.  Сразу же «оживал», как в театре, каждый уже знакомый образ. Да и совместное обсуждение всегда было полезно и интересно для каждого из нас. 

Позже мы решили, что дело это может заинтересовать и посетителей музея.

Своё первое произведение - «Картины семейного счастья» - Островский, как известно, – прочитал на квартире профессора Московского университета С.П. Шевырёва в присутствии профессора университета Т.Н. Грановского, сотрудников «Московского городского листка» известного критика и философа А.С. Хомякова, критика и поэта А.А. Григорьева, С.П. Колошина и других. По воспоминаниям современников, в кабинете собралось много людей, которые расположились кто на кушетках, кто в креслах, кто на стульях, кто на подоконнике, а кто просто стоял – вероятно, студенты университета. «Не поступки героев, не действие, а сами разговоры действующих лиц, звучание самого слова держали внимание слушателей до самого того момента, когда автор, казалось, неожиданно закончил чтение. Тогда хозяин дома – Шевырёв - подошел к Островскому, взял его за руку и, обращаясь к присутствующим, торжественно, с профессорским пафосом произнес: «Поздравляю вас, господа, с новым светилом в отечественной литературе».

Новую пьесу Островского «Банкрот» («Свои люди - сочтемся») ожидал ещё больший успех. Она не была ещё напечатана, но слухи ней разнеслись по всей Москве. Её читали в московских литературных салонах и домашних кругах. В декабре 1849 года на чтение «новой комедии» Островского в дом М.П. Погодина был приглашен Н.В. Гоголь. Пьесу читал сам Островский - женские роли, Пров Михайлович Садовский – мужские.

С.О.: "Считки" в русском театре, собственно, и начались с Островского. Часто это были первые репетиции, в атмосфере которых, фактически, родился и созревал режиссёрский театр. Внимание друг к другу в моменты таких встреч воспитывало то, что было так необходимо для создания национального театра в России – уважение к слову, погружение в образ. Актеры преображались в своих героев уже здесь, еще не будучи одетыми в костюмы и загримированными.

- Получил ли проект отклик у посетителей музея?

С.С.: К нашему счастью – да. Я с интересом смотрю, как он раскручивается и даже не с точки зрения количества посещений, а с точки зрения внутренней эмоциональности. Люди «оживают» на глазах, потому что откуда-то вдруг появляются театральные способности и желание поиграть. Возможно, вспоминаются школьные годы, когда многие из нас на уроках литературы читали пьесы по ролям, или театральные кружки, в которых мы с удовольствием занимались, словом, хочется повторить то, что когда-то хорошо получалось и доставляло удовольствие.

С.О.: Мы уже прочли вместе с Вами пьесы «Волки и овцы», "Лес", "Не в свои сани не садись". Наверняка Вы почувствовали, какое это доставляет удовольствие - "из ничтожного извлекать драгоценное", вдруг оживлять сценическое действие в камерной обстановке гостиной XIX века. Куда деваются стеснение и зажатость! Какие таланты открываются прямо на глазах! Бывает, посетители вначале стесняются, отказываются "играть в театр" - сидят в сторонке и только слушают, но не проходит и двадцати минут, как они с удовольствием включаются в процесс. И зачастую образы удивительно точно подходят конкретным исполнителям! В конце все аплодируют друг другу – настолько неожиданным и приятным оказывается результат. Да, живое слово очень вдохновляет! И сам я очень ценю возможность участия в этом творческом проекте. Самое удивительное, что Островский – универсальный «ключик» к двери каждого, он подходит ко всем абсолютно.

- А что, по-вашему, ещё способствует раскрытию человека в рамках проекта?

С.С.: Островский – чрезвычайно современный художник. Начиная читать «Банкрота», «Не в свои сани не садись» или любую другую пьесу, человек отлично понимает, что Островский ни в коем случае не устарел – всё повторяется и никуда не исчезает. И ему становится интересно вдвойне, а понятия «хрестоматийный писатель», «гений» оживают и перестают быть просто заученными фразами.  И люди приходят ещё и ещё раз.

С.О.: Язык Островского совершенен, неповторим, мне кажется – это самое важное в его пьесах. Практически каждая фраза – афоризм, в каждое предложение уже заложен свой микросюжет. Гений писал партитуры своих пьес как композитор. Необычайно трепетно относился к каждой своей "мелодии": постоянно стремился озвучить, "оживить" текст и поэтому, сочиняя, обязательно произносил вслух написанное, вслушивался в каждый слог, выверяя "тон", над которым позже работал с артистами. На репетициях он порой уходил за кулисы и слушал голоса. Оказывается, для создания полноценного образа достаточно просто владеть голосом! Всё это во времена Островского воспитывало новый театр, причём, слово «воспитывать» - от «напитать», то есть сначала словесное «молоко», а потом уже пища твёрдая – более сложные мысли, идеи, высокая философия.

- Безусловно, и герои пьес Островского шедевральны…

С.С.: Александр Николаевич 8 лет прослужил в судах: 2 года – в Московском совестном, остальное время – в Коммерческом, где записывал показания и вёл документацию. Вот уж где и образы, и язык, причём, всех сословий и всех возрастов! Быт и нравы жителей тогдашней Москвы – как на ладони.

С.О.: Очень тщательно Островский подбирал имена своим персонажам – ничего случайного, надуманного. Здесь и связь с архетипами, и языковая этимологическая точность. Кто-то подсчитал, что в пьесах Александра Николаевича 738 названных персонажей. Карпами и Павлинами были слуги, а для основных действующих лиц необходимо сочинить целый "паспорт". И обязательно какой-нибудь смысловой ребус смастерить: вот приказчик Лазарь Подхалюзин меняется местами с купцом Самсоном Силычем Большовым - первый, как в евангельской истории, оказывается на высотах блаженства, тогда как второй, властный, но обманутый богач, спускается в долговую яму -- чем не "преисподняя" из притчи? И хочет выйти оттуда - ведь есть еще "семь братьев", ведь вся Россия должна услышать о бессовестном обмане зятя и дочери! Но нет. Разве послушает кто-нибудь этого жалкого человека, который и сам - обманщик?  Островский каждого своего персонажа «знал в лицо». Все исповедальные тайны гения, вся его внутренняя борьба - в героях его пьес. И это потрясает.

- Люди какого возраста приходят на читки в музей?

С.О.: Любители творчества А.Н. Островского самых разных возрастов – школьники (но их, к сожалению, пока немного), студенты, люди средних лет, пожилые. Но искорки в глазах у всех - независимо от возраста!

На фото: Святослав Оводов

С.С.: Очень хочется, чтобы почаще к нам приходили школьники, и даже не старших, а средних классов. Чтение вслух дисциплинирует, учит читать внимательно, вдумчиво – весомым становится каждый знак препинания, а, значит, и интонация. Одновременно улучшается знание и написание слов. Хочется, чтобы дети почувствовали «живую» бумагу, шелест страниц, а ещё – увидели лица друг друга, узнали друг друга получше. И здесь уже выходит на первый план роль учителя литературы, который нашим проектом заинтересуется и приведёт в музей своих учеников. Начать я бы советовала с экскурсии, дети увидят те предметы, на которые смотрел Александр Николаевич, познакомятся с атмосферой жизни Замоскворечья XIX века – района, который сейчас для них центр столицы. С нашими бешеными скоростями иногда хорошо бы притормозить – можно прийти в наш сад, в этот дом, где пахнет деревом и стариной, побродить, подумать…

А после экскурсии хорошо почитать Островского – воображение ребят как раз будет к этому готово.

С.О.: Театр Островского – жизнь, просвеченная рентгеном. Возможно, в пьесе справедливость и не восторжествует, но в сердце зрителя, участника родится ответ на возникшую проблему. В той интимной домашней обстановке, где нет лишнего пафоса, слово, над которым трудился, которое выслушивал и вымаливал один из титанов золотого века России, наверное, позволит найти что-то новое и такое необходимое в себе. Слово ожившее, слово услышанное - оно влечет за собой и открывает мир театра Островского.

Наталья Косякова
обозреватель ОИА "Афиша ПроАртИнфо"
заместитель главного редактора
г. Москва

Фото автора

Комментарии

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.
© 2011 - 2016 Общественное информационное агентство в области культуры и искусства Афиша «ПроАртИнфо» | Пользовательское соглашение

СМИ зарегистрировано РОСКОМНАДЗОР Эл № ФС77-59025 от 18 августа 2014 года